БАГАЦ оставил в силе снос квартиры по делу о неудачном ракетном обстреле Модиин-Илита

Верховный суд Израиля, заседавший как Высший суд справедливости, сохранил приказ о сносе квартиры Абдаллы Махмуда Сауда аль-Хатиба в Кафр-Ниме. Его обвиняют в организации попытки ракетного обстрела Модиин-Илита. Судьи Яэль Вильнер, Йехиэль Кашер и Рут Ронен 29 октября единогласно отклонили петицию его жены и двух детей. Неудавшийся запуск не привел к погибшим или раненым.

Какой приказ рассматривал суд

Дело HCJ 33193-09-26 возбуждено по обращению Исраа Абу-Аади и ее детей против военного командующего районом и министра обороны. Они оспаривали конфискацию и снос по правилу 119 оборонных чрезвычайных положений 1945 года. Суд проверял административный приказ, исходя из фактического контекста предъявленных Хатибу обвинений.

Квартира находится в здании отца жены, где другие родственники живут в отдельных помещениях. Окончательный приказ касается жилья Хатиба и его ближайшей семьи. Остальная часть дома, включая пустую соседнюю квартиру, исключена. Это ограничение стало важной частью оценки соразмерности.

Попытка дошла до стадии исполнения

Судебный акт пересказывает обвинение: Хатиб создал ячейку, изготовил ракеты и пусковое оборудование и проводил испытания для повторных атак. 17 сентября 2025 года два участника под его руководством установили две ракеты возле Модиин-Илита и выполнили необходимые действия для стрельбы по городу.

Одна ракета упала и повредила механизм другой, предотвратив оба запуска. Вильнер отвергла семейное описание событий как нереализованного замысла. Оборудование, испытания и действия на месте запуска показывали, по ее оценке, операцию, значительно продвинувшуюся за пределы общего намерения.

Почему отсутствие жертв не решило вопрос

Вильнер признала, что приказы о сносе обычно относятся к атакам с погибшими или тяжелоранеными. Однако особо тяжкие попытки также могут достигать порога применения правила 119. Она сослалась на прежнее дело о попытке взрыва автобуса с угрозой массовых жертв, при которой никто не пострадал.

Суд сосредоточился на возможных последствиях ракетной операции и намерении повторять запуски. Характер и опасность действий имели значение, хотя техническая неисправность предотвратила задуманный результат. Приказ оставлен в силе применительно к конкретным обстоятельствам.

Семья оспаривала ущерб непричастным

Заявители утверждали, что снос накажет родственников, которые не участвовали в действиях и не знали о них. Они оспаривали законность и сдерживающий эффект меры и предложили запечатать одну комнату как менее разрушительную альтернативу. Вильнер отвергла общие доводы со ссылкой на практику, признав серьезные последствия для детей.

Ронен согласилась с итогом, но выразила сомнение в аргументе о сдерживании. Нельзя ожидать, что семья предотвратит неизвестные ей действия. Она также поставила вопрос, не ослабляет ли ущерб непричастным их заинтересованность в предотвращении атак, если собственное поведение не влияет на судьбу жилья.

Сужение приказа повлияло на результат

Ронен в итоге опиралась на исключительную тяжесть вмененных действий, очевидную связь Хатиба с квартирой как местом жительства и ограничение сноса этой единицей. Единство результата сопровождалось разными акцентами в оценке вреда родственникам.

Изначально военные включили весь нижний этаж. После возражения семьи пустую соседнюю квартиру исключили. Решение также описывает инженерные меры для уменьшения повреждений остальных частей здания и соседней собственности. Они сузили объем предполагаемой меры до вынесения судебного решения.

Объяснение задержки было принято

Семья отдельно оспаривала примерно 11 месяцев между попыткой атаки и уведомлением о сносе, считая, что задержка ослабляет заявленное сдерживание. Государство сослалось на военную нагрузку и необходимость индивидуального одобрения премьер-министра и министра обороны, поскольку жертв не было.

Суд принял это объяснение. Jerusalem Post 1 ноября также сообщил о позиции государства: Совет национальной безопасности разрабатывает более широкую политику для нападений без жертв. Конкретный итог дела заключается в отклонении семейной петиции и сохранении приказа в отношении квартиры Хатиба.